Главная » 2019 » Апрель » 15 » Вы на самом деле боитесь умереть? Или, наоборот, совсем не боитесь?Реален ли ваш страх?
20:17
Вы на самом деле боитесь умереть? Или, наоборот, совсем не боитесь?Реален ли ваш страх?

Вы боитесь каких-то конкретных ощущений – боли, отсутствия воздуха. Но ведь у вас еще (скорее всего) не было опыта умирания. Возможно, даже опыта сильной боли. Вполне вероятно, что вы еще не были свидетелем чужого процесса умирания. Тогда откуда вы знаете, что это страшно? Вдруг ваша смерть случится в один миг, или вы просто заснете навсегда. Я не про ужасы, я про реальность страха.

 


Есть другой аргумент: «Как они тут без меня?» Но вас там это уже точно волновать не будет. Вы на сегодняшний день уже точно смирились с чьим-то отсутствием, справились и живете дальше. Кого же вам больше жалко себя или тех, кто останется? Значит, дело в жалости, а не в страхе, да еще и к себе самому.


А, может, вы из тех, кто совсем не боится смерти? Вранье, даже, если на чистом глазу. Не бояться смерти или боли – противоестественно. Не путать с патологическим, необоснованным страхом. Страх вреда нашему телу – естественная защита, в нужный момент мобилизующая все резервы и реакции. Так что нужно задуматься, все ли в порядке с вашим чувством самосохранения. Ну, или не врать, не бравировать, а то в нужный момент сильно испугаетесь, вместо того, чтобы спасаться.

К чему весь разговор? А к большому интересу к вопросам смерти, загробного мира, привидений, вампиров. Страх – еще и своего рода наркотик, щекочет нервишки, дает скрытое приятное возбуждение, адреналин. Детские страшилки помните, которые потом плавно перетекли в страх перед невидимым монстром под кроватью. Неизвестно, как он выглядит и что с вами сделает, но такой стра-а-ашный.

Еще хороший вопрос на закуску: вместо чего у вас мнимый или вымышленный страх? Вместо каких чувств, переживаний, действий? Если не хватает положительных эмоций, человек заменяет их отрицательными, потому что стресс – способ жизни живого организма. Нет стресса – нет ответной реакции, движения, мобилизации развития. Можно выбрать положительный стимул, если… захочется.

P.S. Всем "дико возмущенным" прочитанной "галиматьей", рекомендую вспомнить "комнаты страха" и современные "квесты ужасов". Удовольствие от подобных развлечений сродни сексуальному.

В заключении пара зарисовок, как обычно, из практики, на тему.


Жених


Тело слишком быстро отдавало прохладу, послушно принимая потоки тягучего зноя, струящиеся от вечерних зданий, асфальта, распаренных курортников. Расслабленные в воде мышцы, не хотели держать травмированный позвоночник, и поясница нещадно болела, отдавая тягучим спазмом в ноги. Медленно, с остановками, присаживаясь на скамейки, она двигалась к дому. На темной аллее было пусто. Отдыхайки разбежались по кафешкам и дискотекам. Римма сделала очередной привал, переваливаясь по теплому дереву скамьи в поисках безболезненной позы.

Наискосок, у обочины дороги белели в темноте форменными рубахами двое полицейских, как муравьи, трудолюбиво многократно обегали, заглядывая внутрь, распахнувшей все четыре двери, легковушке. Они тихонько переговаривались, передавая друг другу фонарь, ныряя в салон и обратно.

- На кражу не похоже. Труп, скорее всего, - догадалась Римма.

Неподалеку, как привязанная, маялась бабенка лет сорока. Не хотелось ей подходить и уйти нельзя. Наконец, один из служивых подошел к ней, потолковал о чем-то и отпустил с миром. Женщина удалилась развинченной походкой.

- Не своя. Приехали в одной компании. Испорченный отдых, - продолжала Римка наблюдения.

Хоть голод подгонял, боль в ноге не пускала. Из подъехавшей газельки ловко выскочила немолодая усталая женщина и пара таких же задолбанных мужиков с носилками. Ясное дело – пик сезона – целый день тонут и мрут.

Завидев коллегу, полицейские обреченно вздохнули и пошли к передней двери. Скоро вздохи разъяснились. Тело окоченело в водительской позе и вынуть его оказалось непросто. Так и положили, на стоящие на земле носилки, - набок, в позе зародыша. Женщина эксперт глянула на гигантский эмбрион в купальных трусах и дала отмашку грузить.

Все делалось спокойно, неспешно, обыденно. Темнота скрыла от праздных зевак беззащитного сердечника, нашедшего свою смерть у самого синего моря, в самый жаркий день лета.

«Радовался, нырял в блаженную прохладу и смачно отфыркивался, со смехом перекликаясь с друзьями. Один приехал, без жены, без подруги. Ждал летних романтических приключений - жених. Теперь только в следующей жизни», - разложила ситуацию наблюдательная Римма. «Послушала» спину, осторожно поднялась и поплелась к дому. Вспомнила облегчение знакомой покойного, поспешившей уйти от того, что еще утром было молодым мужчиной. Видимо, кто-то из парковавшихся водителей обратил внимание на неестественную позу, лицо. Должен был долго «просидеть», чтобы окоченеть. Нашли в гостинице попутчиков по номеру машины. Они сейчас под сухое и сигаретку переваривают ситуацию. А жених…

Дома кондиционированная прохлада, свет, еда растворили, затаившееся в солнечном сплетении, после нечаянного свидетельства чужой смерти, напряжение.

Глубокой ночью в вязкий сон пробился негромкий, но настойчивый стук. Стучали ни в дверь и ни в окно, будто бы в стену, долго и настойчиво.

- Совсем дикие курортники обалдели. Уже по ночам ломятся, ищут жилье.

Римма ругнулась, сползла с кровати и поплелась вниз. За окном никого. За дверью темно, в дверном глазке черно, вроде, тоже никого. Постояла, стала подниматься. Глянула с лестницы в окно. Из-за угла дома вышел мужчина и зашагал в сторону моря.

- Он что ли стучал? Но почему в стену и почему не отвечал?

Едкий осадок на дне желудка от непонятной ситуации долго не давал уснуть.

На другую ночь все повторилось. Римма настойчиво спрашивала: «Кто там?», - долго вглядываясь в темень за окном и в глазке. Но, как и в прошлый раз, никто не отозвался. И снова из-за угла вывернул мужчина в шортах, с голым торсом, и, не показав лица, быстро пошел к набережной. Утром на крыльце лежал сломанный цветок.

- Откуда цветок? Калитка-то на замке. Тогда куда же стучат? Неужели в стену? Зачем? – недоумевала Римма.

Изжога изводила приступами целый день. Безо всякой связи вспомнился умерший сердечник. На душе было муторно.

- Чепуха какая-то. Совсем одурела от жары.

На третью ночь она не спала, дожидаясь ночного гостя. Часов после двух раздался знакомый глухой стук, Римма задохнулась от страха. Но тут же цыкнула на себя: «Что ты! Ну-ка, иди разберись с хулиганом. Издевается гад!».

Как только она спустилась, стук прекратился. Выглянула в окно - никого, подошла к двери и сердито спросила: «Ну, кто там?!». А про себя подумала: «Да кто там может быть, калитка – то заперта». И вдруг вспомнила, что ввернула, наконец, лампочку над дверью. Как раньше не догадалась? Она щелкнула выключателем и посмотрела в глазок. Он стол перед дверью, смотрел прямо на неё и ждал. Молодой мужчина в купальных шортах, с голым торсом. Жених. Она медленно сползла по косяку, обняла колени руками, уткнулась в них лицом.

В позе зародыша возле порога её и нашли утром домашние.

- Жара уже неделю сердечников косит, - сказал задерганный доктор молоденькому полицейскому, подписывая протокол.

 

Шёпот


Нечаянное впечатление иногда провоцирует людей проиграть у себя в голове развитие сюжета своего потаенного страха. Зачем мы это делаем?

Слева, напротив скал, черное южное небо сливается с морем. Точечная, декоративная подсветка из звезд не в силах рассеять мглу. Зато справа, на горизонте, из бездны, в которую скатилось солнце, льется мягкий, рассеянный серо-голубой свет, будто огромный ночник, подсвечивает воду для поздних купальщиков. А иллюминация пляжных кафе красит цветными зигзагами воду у кромки прибоя. Луна, как загулявшая жена, виновато выглядывает из-за туч, и вдруг, решившись, объявляется во всей красе, будто распахнув дверь из ярко освещенного коридора. Желтая бликующая дорожка ложится на масляную воду до самого берега, разделив море пополам, на темную детскую и слабоосвещенную спальню ревнивого супруга. Впрочем, и на «детской» половине из воды кое-где торчат головы пловцов и слышна их возня.

Штиль. Но море не может быть идеально спокойным и бесшумным. Гигантский великан беспокойно шевелится и то отбрасывает на берег, то снова тянет на себя мокрое одеяло. Нервная галька шипит на него, да все попусту. Должно быть, его гигантский пёс тоже спит, фыркая брылями, сонно облизывая соленый мол.

Сизое свечение над водой со стороны пляжа и легкая лунная муть в прозрачной воде похожи на беззвучный шепот. Яркий лунный свет, радуга огней – крик. Жесткие, бурые водоросли касаются ног, медуза распускается совсем рядом белым цветком, большая рыбина бесстрашно скользит мимо. Они нарушают таинственный, жутковатый шепот. Рыба скрывается и её тень сливается с шепчущим молочным свечением, плавно сгущающимся по дальнему его краю. Бледно-зеленый сгусток принимает очертания человеческого тела. Утопленник?! Сгусток колышется, то приближаясь, то удаляясь. Кажется, еще миг и ледяная, одеревеневшая рука коснется тебя, но течение уносит фантом в темную глубину. Пару минут с замиранием ждешь ледяного касания со дна, вдруг неожиданный всплеск разрывает томительную паузу. Дельфин? Катран? Нырнул и сейчас плывет по дну в твою сторону, чтобы уколоть ядовитыми колючками. Нет. Слишком близко к берегу. Вот, уже задел. Боль ожога. Всплывает белая роза с голубым с голубой каймой по краю – медуза, она обожгла. Отлегло.

Психолог, писательница, Наталья Волохина.

Категория: Психология | Просмотров: 157 | Добавил: Иоланта | Теги: боитесь?Реален, наоборот, самом, боитесь, Или, совсем, ли, страх?, не, деле, умереть?, на, вы, Ваш | Рейтинг: 0.0/0

Другие публикации
Всего комментариев: 0
avatar